Например, подманить рябчика, изображая пищиком голос самочки, это запросто. Простоват рябок, на голос любви прибежит, прилетит, сядет рядом на ветку рукой бери! Щелк фотоаппарат кадр пойман. Петушок испуганно: фрррр! Ветка раскачивается, а я улыбаюсь: лети, лети, на пленке ты остался навсегда! Но… если честно признаться, примитивно это занятие для начинающих, хотелось чего-нибудь более увлекательного. Скажем, на селезня с подсадной уткой это да, классика! Только подсадной у меня нет. Но тогда можно… В принципе, что угодно можно ведь без ружья! (Эта заманчивая свобода и волновала, окрыляла больше всего!) Вот что я, пожалуй, предприму: проплыву нынче в надувной лодке по весенней реке, да-да. Сто лет уже не плавал, а как любил когда-то! [...]
Архив: Январь, 2009
Тогда я поведаю вам одну охотничью байку.
Идут летчики, в кожаных, пальто, с блестящими ружьями. На стреме стоит заяц. Докладывает тем, что в овраге играют в карты: Братцы, охотники идут! Старшой спрашивает: А ты разобрал, что за охотники? В кожаных пальто, с блестящими ружьями. Продолжаем играть, говорит старшой, это летчики. Они дойдут до первого оврага, выпьют водку, закусят, расстреляют пустые бутылки и веселые вернутся домой. Вдруг появился мужик. Заяц-часовой кричит: Дед! Идет охотник в старом полушубке, подпоясанном бечевкой, в малахае с оторванным ухом, берданка на веревке. Старшой сразу насторожился: Полундра, братцы! Разбегайсь! Это настоящий охотник! [...]
Долго перелетала впереди пара голубых чернетей; у селезня сейчас спина и бока, в самом деле, лазоревые, а голова каштановая, он взлетают низом, роняя на плечо дорожку капель-кружочков, и, отдалившись, плюхаются посреди реки. При этом уточка громко недовольно хрипит: хр, хр, хр… И вдруг, поднявшись, решили вернуться назад устремились прямо на меня и прошумели над головой, аж ветерком обдало! [...]
Жду… Время тянется медленно. Но вот загонщики зашумели, закричали, где-то недалеко раздался выстрел, через минуту-другую все затихло. Как нередко бывало на охоте, подумал: Опять убьем время и ноги, и невольно расслабился. Вдруг из-за поворота метрах в 40-50 на меня мчится, пыхтит, издает еще какие-то звуки этакое чудовище. Я не сразу узнал в нем кабана. А узнав, оцепенел. Честно скажу, если бы было куда уклониться, то этого воздушного боя я бы не принял. Но, увы, уклониться некуда и некогда. Чудище летит на меня. Мысль работает в таких случаях быстро и четко: Надо принимать бой. Чем заряжен мой винчестер дробью? Нет, вроде жаканами. У меня тогда был восьмизарядный карабин Винчестер 12-го калибра. Я прицеливаюсь, делаю первый выстрел в лоб кабана. [...]
Ай, да Кеть у нас весной многоводна, просторна, разгульна! И я по ней плыву такой же вольный и неудержимый… Течение круто выносит мою надувную лодку за поворот открывается новое плесо: по правую руку вдоль невидимого под водой яра хмурой чередой выстроились темно-густые кедры-бояре, образуя широкий царский проход, хвоя на них словно тяжелые бобровые шубы; а слева затоплена тальниковая грива, мокрые голые прутья дрожат в струях от напряжения. В зарослях застряла одинокая грязно-белая льдина, вздыбившись наискось, под нею колышется малахитовый сумрак, поверхность воды рябит от капели, хотя день кажется холодным, свинцовым (будто ледоход забрал у весны все накопленное тепло иначе б реке не хватило сил взломать многомесячные оковы…). Главные льды уже пронесло, изредка кружит на темной воде лишь мелкая шужица. [...]
Сибирский козерог распространен в горах Саян, Алтая, Тянь-Шаня, Памиро-Алая, а также в горах Монголии, Афганистана, Северо-Западного Китая и Северо-Западной Индии.
Единичные экземпляры этого козла содержались в Аскании-Нова в 1924, 1932 и 1937 гг. В 1946-1951 гг. в зоопарк было завезено два самца и три самки сибирских козерогов. От этих животных в 1949-1977 гг. было получено в приплоде 40 козлят, из которых часть передали в зоопарки нашей страны. Максимальная численность сибирских козерогов составила 11 особей в 1954 г. После 1977 г. размножение сибирских козерогов в Аскании-Нова прекратилось, и численность их начала уменьшаться. [...]
Освежающие душу воспоминания (интервью)
Откуда вы, Иван Иванович, родом и были ли в вашей семье охотники!
Родился я в Башкирии, в деревне Сухополь Инзерского района. Река Инзер не имеет себе равных: глубина ее доходит местами до пяти метров, чистейшая вода (сейчас, к сожалению, уже не та), можно прочитать оброненную монету. Это западное Предуралье неописуемо прекрасно. Я бывал во многих странах мира, вплоть до Нигерии и Мексики, но такой красоты нигде не видел. А я в этой красоте родился, в семье крестьянина. Лев Николаевич Толстой, помнится, говорил, что только земледелец и охотник чувствуют красоту природы. Отец мой любил поохотиться. Двоюродные братья лисиц добывали. А один из них, Иван Вакула, предпочитал барсуков брать. Именно он, Иван, вместе с отцом и приучили меня с детства к охоте. [...]