Большая охота

На голове нужно коротко остричь скулы, ставя ножницы против шерсти. Под челюстями стричь до уровня шерсти на шее. Расчесывая в разные стороны бороду и оброслость на верхних губах, следует подравнять ее с удлинением шерсти к щипцу, убрать завитки и лишние пряди, придать морде прямоугольную форму. Шерсть на лбу и между ушей лучше коротко постричь, так как щипка здесь малоэффективна. Шерсть на морде, на щеках, вокруг глаз, на кромке, внутри, и сверху ушей выщипывается, как пух у куропатки, но делается это не за один-два приема, а по сути беспрерывно в течение года. [...]

Первый день охоты все мажут с 15 метров. Один глухарь явно ранен, почти свалился с дерева, но у земли выправился и тяжело утянул. Поиски его результатов не дали. Но когда при оформлении протокола мы попытались зафиксировать ранение птицы, гость возмутился: А чем вы докажете, что я ее ранил, где кровь?. Снова конфликт, опять неприятности и упущенная выгода.

Ясно, что в случае промаха нужно оговорить плату не за ранение, что не всегда возможно доказать, а за произведенный выстрел (50 % стоимости трофея).

Зажатые жестокими тисками рыночных отношений, мы вынуждены как-то решать свои финансовые проблемы и иностранный охотничий туризм может оказать в этом немалую помощь. Однако и здесь мы не должны выходить за пределы разумного. Это дело требует глубокого осмысления и постоянного совершенствования. В частности, контракты должны заключаться непосредственно с хозяйством. Мы видим роль Росохотрыболовсоюза и МООиР в том, чтобы помочь нам найти клиентов, своевременно обеспечить лицензиями, консультациями, оформлением документации, визовым обеспечением. И за все это мы могли бы отчислять положенные проценты. Пока же нам приходилось довольствоваться жалкими крохами.

При Московском обществе охотников необходимо создать группу специалистов, которая должна заниматься подготовкой и проведением сафари в охотничьих хозяйствах области. Вопрос серьезный и решать его надо серьезно, а не так как сейчас одна чехарда и неразбериха, все делается с кондачка, некомпетентно, формально и безответственно.

Подмосковье идет массовый захает земель под садовые, огородные и дачные участии. Это создает такие проблемы для местного населения, что губернатор области А. Тяжлов вынужден был заявить о прекращении отвода земель под садовые участии для москвичей (Известия. 20 января 1993 г.). Экологов волнует и то, что это приводит к уничтожению кустарниковых зарослей, опушек лесов, болот и болотец кормовых угодий для многих ценных животных. А как обстоят дела в Талдомском районе!

Все это имеет место и у нас. Съеживаются и гибнут лучшие охотничьи угодья. Администрация района отводит земли под садовые участки на болотах и покрытых лесом неудобьях, среди зарослей кустарников, тем самым создавая адские, невыносимые условия для горожанина. Ведь для окультуривания этих земель требуются колоссальные усилия, большие материальные, физические и моральные затраты. И самое главное, этой вредной практикой мы уничтожаем природную среду, нарушаем экологическое равновесие, сокращаем растительные и животные ресурсы.

Можно ли этого избежать! Каким путем!

Да, очень просто. Вы же асе прекрасно понимаете, господа чиновники! Посмотрите окрест, что творится в ваших вотчинах! Тысячи и тысячи гектаров пахотных земель, сенокосов вокруг некогда брошенных, неперспективных деревень пустуют десятилетиями. Так и отдайте их людям, разместите на них садоводов-москвичей, возродите утраченные села, искупите свой грех перед предками, повинитесь. Не гоните людей в болотные топи, лесные крепи, не мучьте их ради ложных амбиций, не транжирьте национальное богатство природу.

Вы загубили два наших лучших охотобхода: Вельские болота Нуш-пальский обход и Власовские урочища обход Власове. Все дачное строительство в этих местах размещено в лесной зоне. Уничтожен лес, проложена сеть мощных осушительных канав, загублены богатейшие кормовые угодья, уничтожена колония бобров в государственном бобровом заказнике, в панике бегут из этих мест лоси и кабаны. Пора прекратить эти безобразия!

Помимо обычных дел по двору и огороду постоянно появляются у хозяина-охотника какие-то свои, не очень понятные с первого взгляда заботы: то он налаживает где-нибудь в углу двора костер, чтобы плавить свинец и лить дробь, то сколачивает похожий на чехол от швейной машинки дырчатый садок для круговой утки, то тачает какие-то невообразимые бродни, чтобы лазать по болотам… Подвижный, деятельный, он все время что-то ладит, стучит, кроит, шьет, присматривается к отслужившим свой век обиходным вещам, чтобы приспособить для своих целей, дать им вторую жизнь. Только охотник, конечно же, мог придумать такой экипаж, как мой старый приятель, когда я был еще подростком, ныне покойный Василий Яковлевич. Помнивший еще великокняжескую охоту, где он был мальчишкой на побегушках у доезжачего, посвятивший всю дальнейшую долгую жизнь охоте, он был последним из тех, кто в людном воронежском селе ухитрялся строить на ней свой скудноватый достаток. Приобретя в совхозе списанную лошадь, он приспособил для нее необыкновенную повозку установленную на две лары колес лодку-плоскодонку. Сидя в ней, подъезжай к болотам, лошадь треножил и отпускал пастись на длинном чомбуре, а подку стаскивал на воду. Закрепить передок на стальном сердечнике, как это делается на телеге, он не мог пробивать посудину нельзя, она перестанет быть лодкой укрепил дощаник нашитыми планками и, случалось, где-нибудь на колдобинах колеса выскакивали из-под него. Хозяин оставался сидеть в лодке, а лошадь с передними колесами уходила пока хватало вожжей. Чудачество старого охотника вызывало неистощимые шутки и байки, но он не обращал на них ни малейшего внимания, пусть позубоскалят кому хочется, у него было свое дело, любимое… Соседи брали в хозяйстве для уборки огородов телеги и ходки, а Василий Яковлевич таи и возил в своем дощанике и мешки с картошкой, и тыквы…

Дом, принадлежащий охотнику, особенно тесно связан с природой, с временами года, с сезонными изменениями погоды. Десятки невидимых нитей тянутся от него к тем излюбленным местам, которые охотник изучил до мелочей, они являются продолжением непосредственно отведенного ему пространства, занимаемого его домом, подворьем, огородом. Дыхание этих мест достигает его дома, создает в нем благодатную атмосферу родства с окружающим миром, обстановку особой полноты жизнелюбия и душевного здоровья. Настоящий охотник хозяин не только своего дома, он хозяин и той части земли, где охотится, того простора, к которому прирос душой страстно и кровно, и трудно найти более влюбленного, чем он, в свои Палестины человека. Именно поэтому настоящий охотник с истинно хозяйской гордостью и удовлетворением так любит попотчевать своими угодьями гостя если, конечно, почувствует в нем близкого по складу человека, и радость гостя отзовется двойной радостью в его душе.

Разработана принципиально новой конструкции стальная пуля УПА с перемещающимся центром масс для стрельбы из гладкоствольных охотничьих ружей по крупному зверю.

Пуля имеет два идентичных цилиндрических диска, соединенных между собой стержнем. На стержне расположена втулка. Она имеет возможность перемещения вдоль оси стержня.

Пуля при снаряжении патронов помещается в специальный полиэтиленовый контейнер. Конструкция контейнера обеспечивает беспрепятственное прохождение пули через чоковое сужение. Втулка пули в патроне удерживается ребрами контейнера в заднем положении.

После вылета из канала ствола контейнер раскрывается и отстает от пули. Пуля после вылета из канала встречает сопротивление воздуха, при этом за передним диском образуется зона низкого давления, втулка, не встречая сопротивления воздуха, под действием сил инерции перемещается к переднему диску, вместе с этим перемещается центр масс от задней части к головной, что обеспечивает пулеустойчивость в полете.

Тульский оружейный завод проводил сравнительные испытания в лабораторных и натуральных условиях с 1987 по 1992 год. Испытания в натурных условиях проводились в охотхозяйствах Тульской, Рязанской и Липецкой областей.

Пуля Упа по сравнению с пулями, выпускаемыми отечественной и зарубежной промышленностью, имеет явное преимущество по точности попадания, по останавливающему действию, не рикошетит при стрельбе через кустарник и мелколесье.

При попадании в зверя пуля, как пуансон, всю вырубленную массу несет перед собой, образуя рваное выходное отверстие, в пять раз превышающее диаметр пули.

Тульский оружейный завод приступил к производству пули Упа. Она укомплектована контейнером и пыжом обтюратором. В охотничий сезон 19921993 годы пуля поступит на прилавки охотмагаэинов.

Безусловно вредными также признавались рысь, дикая кошка, шакал, суслики, мыши и им подобные, орлы, ястреб-тетеревятник, ястреб-перепелятник, коршун, филины и болотный лунь.

Вредными местами или же в силу особого временного размножения предлагалось считать медведя, лисицу, сороку, ворона и др..

В примечании к этой статье Декрета были перечислены и безусловно полезные животные: все мелкие хищники сокол (кобчик и пустельга), все совы, кроме филина, все луни, кроме болотного, канюки или сарычи… а равно ценные пушные звери, как соболь, выдра, куница, норка, белка, горностай. [...]

Когда мы переваливали эту возвышенность, пред нами открылась великолепная картина отдельных солнопеков, небольших ложочков, скалистых утесов, россыпей и темных северных покатостей гор.

А что, барин! Каково здесь местечко-то? сказал мне Кудрявцев, оборачиваясь на седле.

Прелесть! Я уже давно, брат, смотрю на него и любуюсь.

Гляди-ко направо-то, да и посмотри, какая там тьма, словно сукном все покрыто! Ну вот как же не жить в таком месте вороватому дикому зверю?

Да, брат, тут есть где ему погулять и спрятаться от нашего брата. Точно нарочно все сотворено для при-тулья всякого зверя…

Мы стали спускаться под небольшой хребтик, и наши седла от ослабевших подпруг съехали на шеи вспотевших лошадей. Пришлось остановиться, поправиться и подтянуть подпруги. Я закурил трубочку и, любуясь на противулежащий громадный увал, заметил, что около его вершины, у самой нагорной опушки, ходит какой-то зверь.

Смотри-ка, дедушко, это кто же на увале-то ходит? сказал я, вглядываясь и доставая свой бинокль.

А где? спросил старик, перевязывая в тороках убитого нами утром гурана (козла).

Да вон, около большой-то лесины, поправей утесика, видишь?

Ох, барин! Да ведь это изюбр, настоящие панты ходят там по солнопеку (увалу).

Ну так что же мы будем делать, дедушко? спросил я, горя нетерпением.

А что делать, надо сначала подъехать, а потом разуваться, надевать прикопотки да идти помаленьку, скрадывать, вот что.

Хорошо! Так давай, снимай поскорее сумы да и доставай прикопотки.

А вот сейчас, не торопись, дай только завязать торочину…

Мы несколько подъехали верхом, потом привязали лошадей, разулись, надели сверху мягких портянок толстые волосяные чулки (прикопотки), осмотрели винтовки и, перекрестившись, отправились скрадывать, Танкредке я пригрозил, и он улегся на мелком ягоднике, около моей лошади.

Долго мы тихо заходили по лесистой падушке, наконец поднялись на увал и, как тати, неслышно шагая между кустиками, подтянулись к самому утесику. Я выступал по следам старика и чуть слышно, осторожно, отводил ветки молодой поросли.

Тише! едва слышно шепнул мне старик и погрозил пальцем.

С вершины увала я ясно видел спрятанных нами лошадей и сидящего Танкреда, который, вероятно, заметил зверя и, должно быть, следил за всяким его шагом, а может быть, видел и нас. Мы спрятались за деревья и тихонько выглядывали из-за камней утеса. Маленький ветерок подувал по увалу прямо на нас, и до моего слуха доносились откуда-то легкие шаги изюбра и его похрупывание от срывания молодой зелени. Положение ужасное, потому что мы оба слышали близкое присутствие зверя, а увидать его не могли.

Меня ударило в дрожь от волнения, и сердце мое так сильно затекало, что темпы его ударов, при невозмутимой тишине вокруг нас, мешали мне слушать жирующего изюбра, а во рту точно засохло, и я стал силой натягивать слюну, чтоб хоть сколько-нибудь смочить свое горло.

В это время до нас донеслось почесывание зверя и стук мелких камешков, которые сыпалась с крутого увала, вероятно, от неловкого движения изюбра.

Во время стрижки и расчесывания фокстерьеры обычно хорошо стоят, а приучать к этому взрослую надо только лаской и лакомством.

Собаку повернуть мордой к себе и начать стричь шею. Ножницы при этом нужно держать концами вверх и движениями рук вокруг шеи слева, снизу вверх и влево ряд за рядом снимать шерсть, оставляя ее не длиннее 1 см. Далее такими же движениями следует остричь корпус до хвоста, оставляя шерсть длиной 1,5 см. На первых порах не спешите, контролируйте положение ножниц, приучайте руку сразу к точным движениям. [...]

Наше хозяйство а 1987 г. первым перешло на полный хозрасчет и самофинансирование. Хозяйство окрепло экономически, увеличились охотничьи ресурсы в угодьях, возросло поголовье охотничьих животных. Можно было бы еще улучшить нашу работу, если бы со стороны областного общества не было излишней регламентации деятельности. Ведь что получается сейчас? [...]