Большая охота

Все для охотников и про охотников

  • Яндекс.Метрика

Борис Михайлович Житков — автобиография часть 6

Раз случилось, что составитель словаря писателей, Венгеров, взор которого проникал псевдонимы, обратился ко мне с письмом, требуя от меня автобиографии. Я послушно написал таковую на почтовом листке, аккуратно заклеил конверт и отдал университетскому служителю, чтобы он бросил письмо в ящик. Но служитель Ефим письмо потерял и, по несколько странной добросовестности, вместо того, чтобы свалить конечный результат на почту, пришел ко мне с повинной. Я принял это за указание свыше и другого письма не писал.

С ученой же карьерой и известностью дело обстояло и обстоит еще более трансцендентально. Однажды одно человеческое существо, столь же любопытное, как и Вы, пожелало непременно знать, что я пишу и много ли написал. От ответа на первый вопрос я решительно уклонился. На второй ответить было легче. Я выложил на стол мои переплетенные статьи, положил сверху тома Записок Географического общества, а которых находятся описания моих путешествий и, взяв складной метр, определил, что я написал (считаю поперек) двадцать восемь сантиметров. Вы спросите разве этого мало для известности? Мало, и на это есть причины, от меня не зависящие. Прежде всего, Вам может быть неизвестно, что ученые статьи в большинстве случаев читают только лица сам автор, наборщик и корректор. Кроме того, путь к известности преградила мне моя фамилия (не удивляйтесь). Когда я еще студентом написал статью для немецкого ученого журнала, я подписал ее, по принятой тогда транскрипции так: Shitkov. Позже я нашел во французском журнале краткие аннотации некоторых моих русских работ по географии. По понятным причинам французы изобразили мою фамилию так: Jitcov. А еще позже какая-то заграничная комиссия решила переделать русскую букву Ж через Z, и я сделался в указателях литературы Zhitkov. Вы понимаете, что это печальное обстоятельство распылило мои 28 сантиметров между тремя лицами и лишило меня надежды на посмертную славу; ибо и самый опытный библиофил не соберет воедино моих творений, если бы ему и пришла странная мысль этим заняться. Еще труднее будет составить посмертную биографию этих трех лиц.

Слушайте дальше и теперь уж удивляйтесь, если хотите. В Ленинграде живет писатель Борис Степанович Житков. Он пишет детские рассказы, которые печатают московские издательства. Понятно, что отчества своего он, как и я, на книжках не ставит. Ему-то и обязан я неким дуновением славы, которое начал чувствовать в последние годы. По крайней мере мальчики и девочки, которые играют здесь и во дворе моей московской квартиры, часто спрашивают меня, я ли написал про подводную лодку и про медвежонка. Я честно отрицаю, но вижу, что дети мне не верят и недовольны моей скромностью.

Но не могу же я радоваться известности, столь маргариновой! И поэтому, когда барышня в сберегательной кассе вписала в мою книжку безналичный перевод в 46 руб., пришедшие в виде гонорара из источника мне неизвестного, и, по-видимому, принадлежащие моему тезке, я взял их себе в надежде, что означенный Борис Житков, поняв, что ему приходится терять не только частицы славы, но и вещи более существенные, перестанет путаться в мои дела.

Сообщу вам еще случай, который, думаю, убедит Вас окончательно, что по делу о моей славе происходит игра (вернее борьба) потусторонних сил. Совсем недавно издательства двух краевых энциклопедий одно за другим обратились ко мне, требуя присылки моих научных автобиографий и портретов. Действуя под влиянием минуты, я послал и то и другое. Но обе энциклопедии прогорели, не дойдя до буквы Ж. Теперь я твердо решил не поддаваться больше ни на какие провокации.

Но я не поддаюсь и разочарованиям и продолжаю преподавать в университете и писать ученые статьи. Плохо только то, что за них гонорара не платят (что и определяет их действенное, а не кажущееся значение). Поэтому иногда я подумываю, не начать ли мне писать детские рассказы. Ведь благодаря Борису Житкову я имею уже некоторую известность в этой области деятельности.

Мне приходилось также приобретать новые специальные познания, но это я уже делаю не с прежней охотой. Все глубже и яснее понимаю я теперь слова писания, которые гласят: Мудрого не будут помнить вечно, как и глупого; в грядущие дни все будет забыто, и увы! Мудрый умирает наравне с глупым (книга Екклезиаста, П 16).

Ждем ваших отзывов и комментариев, присоединяйтесь к нашей группе ВКонтакте!

На нашем сайте:

2 коммент. к сообщению: “Борис Михайлович Житков — автобиография часть 6”

  1. dendi:

    Детство Бориса Михайловича Житкова было очень веселымю. Он вместе со старшим братом и уличными ребятишками ходили на охоту. Слишком рано он начал охотиться. Вся его любовь к природе нашло свое отражение в его произведениях. Семья Житковых жила в большой и уютной усадьбе, радом с домом была живописная месность и речка.

  2. swer:

    яркими представителями российского ученого мира, как зоолог и географ Борис Михайлович Житков, все больше наряду с христианским просветительством начал уделять внимания… … … живущих и работающих сегодня «под Полярным Кругом».

Написать комментарий

    Это не спам (обязательно)